Научный журнал
Международный журнал экспериментального образования

ISSN 2618–7159
ИФ РИНЦ = 0,440

ХАРАКТЕРНЫЕ ЧЕРТЫ АГИОГРАФИИ В ЛИТЕРАТУРЕ КИЕВСКОЙ РУСИ

Петрухин С.С. 1
1 ФГБОУ ВПО «Орловский государственный университет»
1. Антонова М.В., Семенюк Ю.В. Общие принципы композиционного строения славяно-русских переводных житий Киевского периода [Текст]// Ученые записки Орловского государственного университета. – 2008. – №1. – С.147-155.
2. История русской литературы. / Под ред. Пруцкова Н.И. – В 4-х томах. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://lib.rus.ec/b/160882

Житие – распространенный жанр древнерусской литературы – буквально соответствует греческому «жизнь» и латинскому «vita». Он представляет жизнеописания знаменитых епископов, патриархов, монахов – основателей монастырей, реже биографии светских лиц, но только тех, которые считались церковью святыми. Отсюда жития в науке часто обозначаются также термином «агиография» (от agios – святой и grafo – пишу). Агиография – искусство дореалистическое, ближайшей параллелью которому может быть древнерусская иконопись. В человеке устранялись все черты его индивидуальности, «временности», он становился обобщенным воплощением либо добра, либо зла.

Составление житий требовало соблюдения правил и стиля изложения. К ним относилось: неторопливое повествование в третьем лице, композиционное соблюдение трех частей: вступления, собственно жития и заключения. Главное действующее лицо изображалось непреложно святым, а отрицательный герой вводился для контраста и действовал на заднем плане. Жанр жития неподвижен, он исключает описание становления характера и сводится обычно к подбору материала для иллюстрации святости героя.

По объему излагаемого биографического материала выделяют два вида жития:

1) биографическое (биос) дает описание жизни христианского подвижника от рождения до смерти

2) мученическое (мартириос) рассказывает только о мученической смерти святого. [1]

В композиционном отношении жития строились по строгому тематическому плану (композиционному канону), который включал в себя «стандартные» положения и мотивы, «общие места». Как правило, к ним относились следующие эпизоды:

– Рассказ о благочестивых родителях.

– Благочестие проявляется с младенчества.

– Чуждается сверстников, не играет в игры, уединяется.

– Семи лет отдают в учение, он быстро овладевает грамотой и читает божественные книги.

– Решает посвятить себя Богу, избирает форму подвижничества и приступает к ней.

– Терпит невзгоды и искушения, но всегда одерживает чудесную победу по вере своей.

– Предсказывает день и час своей кончины молится и благочестиво умирает, окруженный учениками или принимает мученическую смерть. Тело его остается нетленным.

– Посмертные чудеса – самая главная часть, доказывающая право подвижника называться святым: чудеса на могиле, от мощей, от икон святого, в тех местах, где он жил.

Жития в древнерусской литературе в течение семи веков претерпели определенные изменения. Современные исследователи выделяют четыре этапа развития древнерусской агиографии. [2]

На первом этапе развития жанра широко распространяются переводные византийские жития, но уже первые русские жития отступают от традиционной схемы в сторону сближения с реальной жизнью.

Второй этап в эволюции русской агиографии (конец XIV – начало XV вв.) связан с так называемым вторым югославянским влиянием. В житиях расцветает торжественный риторический высокопарный стиль.

В XVI в. – третий этап развития древнерусской агиографии – жанровые критерии в русской литературе снова укрепляются. Создаются монументальные житийные своды. Жития для них специально перерабатываются, по возможности сглаживаются различия между ними, все подводится под общую государственную концепцию (обоснование государственного и церковного единства), пишутся в официозном, пафосном, риторическом стиле, приподнято взволнованным старославянским языком.

Четвертый этап развития древнерусской агиографии – XVII век. Происходит окончательная ломка жанра, завершающаяся его отрицанием в форме пародии. Именно в это время в развитии житийного жанра намечаются две различные линии:

1) отказ от биографизма, усиление бытовых деталей и сюжетных подробностей,

2) подчеркнутый биографизм, выделение одной центральной фигуры и подробное описание ее истории и ее внутреннего мира.

Первая линия приведет к бытовым повестям и авантюрным новеллам, вторая – к психологическим повестям и историко-мемуарной прозе.

По преданию, Нестору-летописцу принадлежит авторство трех первых дошедших до нас житий – двух житий первых христианских мучеников князей-братьев Бориса и Глеба и житие игумена Феодосия – основателя Киевской лавры.

«Житие Феодосия» своей композицией и основными сюжетными мотивами вполне отвечает требованиям византийского агиографического канона: в начале жития повествуется о рождении будущего святого от благочестивых родителей, о его пристрастии к учению и чтению «божественных книг». Отрок Феодосий чуждается игр со сверстниками, усердно посещает церковь, предпочитает заплатанную одежду одежде новой, в которую настойчиво одевает его мать. Став иноком, а затем и игуменом Киево-Печерского монастыря, Феодосий поражает всех своим трудолюбием, исключительным смирением. Он, как и подобает святому, творит чудеса: одолевает бесов, по молитве его пустой сусек в монастырской кладовой наполняется мукой, «светьл отрок» приносит золотую гривну в тот момент, когда братии не на что купить еду. Феодосий заранее знает день своей кончины, успевает наставить братию и попрощаться с ней; когда он умирает, князю Святополку дано увидеть «стълъп огньн, до небесе сущь над манастырьмь».

Трагическому сюжету посвящены два агиографических памятника: «Чтение о житии и о погублении… Бориса и Глеба», написанное Нестором, и «Сказание о Борисе и Глебе» (автор неизвестен, написано в начале XII в.) Согласно летописной версии после смерти Владимира один из его сыновей – удельный князь Святополк захватил великокняжеский престол и задумал истребить своих братьев, чтобы «принять власть русскую» одному. Первой жертвой Святополка был ростовский князь Борис, а затем убийца «вынез нож, зареза Глеба».

Разница в приемах агиографического повествования в «Житии Феодосия Печерского» и «Сказании о Борисе и Глебе» объяснима спецификой жанра. Рассказ о святом подвижнике, подвизающемся в пустыне, монастыре, традиционно допускал большее отражение вещного мира, более живую характеристику персонажей, чем житие-мартирий (рассказ о мученической смерти), где все внимание было сосредоточено на изображении страданий святого и прежде всего величия его духа перед лицом смерти. Отсюда и большая скупость деталей, и большая условность характеристик, и – с другой стороны – большая эмоциональность молитв или обличений.

 


Библиографическая ссылка

Петрухин С.С. ХАРАКТЕРНЫЕ ЧЕРТЫ АГИОГРАФИИ В ЛИТЕРАТУРЕ КИЕВСКОЙ РУСИ // Международный журнал экспериментального образования. – 2014. – № 6-2. – С. 119-120;
URL: http://expeducation.ru/ru/article/view?id=5236 (дата обращения: 07.04.2020).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074