Гнойная патология мягких тканей остается одной из самых распространенных и актуальных групп заболеваний человека. Особый интерес представляют новейшие методы лечения, прежде всего с активным использованием физических факторов воздействия [1]. Неотъемлемой частью изучения перспективных направлений в лечении является создание модели гнойного заболевания мягких тканей in vivo [2]. Наиболее распространено моделирование гнойного очага на коже и поверхностных тканях крыс Vistar [3]. В соответствии с принципиальным разделением гнойных заболеваний на вторичные и первичные е моделирование представляет собой либо создание гнойной раны на участке тела крысы, либо создание абсцесса в определенной локализации. Первая методика является наиболее часто употребимой и в целом, адекватно отображает происходящее на всех этапах гнойного воспаления. Однако она не лишена недостатков, прежде всего связанных с особенностями её использования на крысах [4]. Метод создания и вскрытия абсцесса был создан с учетом теоретической возможности их нивелирования [5]. Для иссечения участка кожи необходимо общее обезболивание крысы, а для создания абсцесса указана возможность проведения процедуры под местной анестезией. При создании раны исследователями отмечалось малое количество отделяемого, что затрудняло бактериологическое исследование. Рана быстро припудривалась истертыми частицами подстилки, что создавало струп, также затрудняющий изучение гнойного очага. Утверждается, что моделирование кожного абсцесса лишено вышеперечисленных недостатков.
Материалы и методы. В рамках эксперимента был смоделирован гнойный процесс двумя различными методиками. По первой у крысы под эфирным рауш наркозом в области холки по средней линии спины крысы на границе между средней и верхней третью было выполнено иссечение кожи путем взятия на зажим Кохера и одномоментным путем отсечения предварительно отмерянного участка ножницами, с образованием овальной поверхностной единичной расположенной по оси симметрии тела раны 2.0 на 1,5 см с ровными краями. Далее суб- и парафасциально в область дна раны было введено 2.0 мл взвеси Staphylococcus aureus в физиологическом растворе в разведении 109 КОЕ/1 мл. Крысы посажены в индивидуальную клетку на крупногрануллированную подстилку. 10 животным был смоделирован гнойный процесс по вышеприведенной унифицированной методике.
У другой группы крыс гнойный процесс моделировался подкожным введением в предварительно депилированной зоне на границе верхней и средней трети средней линии спины взвеси Staphylococcus aureus в физиологическом растворе в разведении 109 КОЕ/1 мл. При этом крысам было последовательно введены 1.0 ml; 1.5 ml; 2.0 ml; 2.5 ml; 3.0ml; 3.5ml; 4.0ml; 4.5 ml; 5.0 ml – что является максимальной дозой для животных подобного веса. Введение осуществлялось под местной анестезией Sol.Novocaini 0.25%-1.0 ml. и фиксацией животного ассистентом ручным способом за холку выше и ниже места введения. Однако при введении начиная с 4.0 ml взвеси микроорганизмов местная анестезия оказалась недостаточной, а объем суммарно вводимой жидкости превышал физиологические пределы по удержанию жидкой составляющей, поэтому мы вынужденно отказались от местной анестезии и введение было осуществлено под краткосрочным (3–5 секунд) эфирным рауш наркозом. 10 животным было осуществлено моделирование гнойного процесса подобным образом. При развитии гнойника производилось его вскрытие одномоментным способом линейным разрезом по наибольшей длине зоны отека и флюктуации. Крысы посажены в индивидуальную клетку на крупногрануллированную подстилку.
Крысы обоих групп содержались в одинаковых условиях и получали полноценный рацион питания включая различные овощи, зерновые, кусочки мяса кур и свиных полуфабрикатов, кору ивы и персикового дерева. Ежедневно проводилась очистка подстилки и смена воды в емкостях для питья. Крысы содержались в условиях слабой освещенности в непроветриваемом сухом помещении.
Результаты и обсуждение. В первой группе гнойное отделяемое и корочки появились в течение 2 дней. Длительность Iфазы составила у 6 крыс – 7 дней, 1 крысы – 8 дней, 2 крыс – 6 дней, 1 крыса 9 дней, в среднем 7 дней. Воспалительный процесс протекал единообразно, отмечалось скудное гнойное отделяемое. Крысам наличие раны не доставляло сильного дискомфорта, животные на протяжение эксперимента подвижные, питались активно. При применении крупногранулированной и твердокомковой подстилки процесс запудривания раны частицами подстилки выражен незначительно.
Во второй группе выявлена существенная разница в проявлении воспалительного процесса в зависимости от вводимой дозы микробов. Эксперимент выявил, что у крыс введение менее 3,5 мл взвеси Staphylococcus aureus в концентрации 109 КОЕ не вызывает развитие макроскопически видимого гнойного воспаления. Данный результат объясняется тем, что крысы при нахождении в благоприятных условиях содержания и получающие полноценный рацион питания обладают весьма мощной иммунной системой.
При введении количества микробов выше указанного порогового значения через 3 дня развивался выраженный воспалительный процесс. При введение 3,5 мл участок гиперемии был 1.0х0,5 см, 4.0 мл – 1.0х1.0 см, 4.5 мл – 1.5х1.0см, 5.0 мл – 3,5х3,0 см. После измерения абсцесс был вскрыт, у всех животных длительность первой фазы составила 7дней, кроме последней, с наибольшим размером гнойного очага. У неё экссудативная фаза продлилась 12 дней. После вскрытия процесс протекал аналогично течению такового в первой группе. Гнойное отделяемое так же скудное. Следует отметить технические сложности, возникшие при моделировании подкожного абсцесса. Введение местной анестезии для животных лишь незначительно менее болезненно, чем само рассечение ткани. При этом весьма трудно добиться фиксации животного, в результате чего возможны ошибки при введении патогена. Для надежного удержания требуется взять животное за холку, однако это препятствует инъекции в данную зону. Весьма сложным является и соблюдение симметричности введения патогена – инфильтрат оказывается смещен по одну сторону от оси средней линии тела. Как указывалось выше, технически не представляется возможным введение относительно больших объемов жидкости под местной анестезией. При этом жидкость еще больше смещается на боковую поверхность тела крысы.
Таким образом, в ходе проведенного эксперимента установлено, что при моделировании гнойного очага по обеим методикам происходящие процессы и течение воспаления существенно сходны. Однако воспроизведение подкожного абсцесса под местной анестезией представляет значительно большие технические сложности, при этом не отмечено никаких принципиальных преимуществ данной методики. Создание гнойной раны точно так же релевантно отражает гнойный процесс в покровных тканях, значительно более унифицировано, технически легче, выполняется одноэтапно, не причиняет животному дополнительных болевых и стрессорных ощущений. Недостатки прежде всего связаны с несоответствующими условиями проведения эксперимента. Поэтому именно моделирование гнойной раны на холке крыс представляется более подходящей методикой для изучения гнойного процесса в мягких тканях.
Библиографическая ссылка
Маскин С.С., Павлов А.В., Иголкина Л.А., Максимова П.В., Сулейманова Л.Р. ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ ГНОЙНОГО ПРОЦЕССА В МЯГКИХ ТКАНЯХ: СРАВНЕНИЕ МЕТОДОВ ИНФИЦИРОВАННОЙ РАНЫ И ПОДКОЖНОГО АБСЦЕССА // Международный журнал экспериментального образования. – 2017. – № 4-2. – С. 165-167;URL: https://expeducation.ru/ru/article/view?id=11481 (дата обращения: 17.08.2024).