Центральное положение в системе частей речи занимает имя существительное, выражающее предметность, являющееся средством номинации разнообразных понятий и представлений, что позволяет ему находится в сложном взаимодействии со всеми другими классами слов.
Имена существительные как в осетинском, так и в русском языках имеют способность при связи их с другими словами принимать различные формы, называемые падежами, то есть выступая в составе предложения в качестве его членов, они получают форму того или иного падежа, выражают определенные синтаксические функции и устанавливают отношения существительного в данной падежной форме к другим членам предложения.
Контрастные явления можно обнаружить в системе склонения имен существительных русского и осетинского языков. Прежде всего следует отметить, что склонение имен существительных в русском языке является более сложным, чем в осетинском, что объясняется тесной его взаимосвязью с категорией рода, являющейся основным стержнем для классификации имен существительных по трем типам склонения.
В осетинском языке, в отличие от русского, имеется только одно склонение в двух вариантах в связи с отсутствием категории рода: 1) склонение существительных, оканчивающихся на гласный звук; 2) склонение существительных, оканчивающихся на согласный звук.
В 6 падежных формах русского и в 8 падежных формах осетинского языка концентрируются многочисленные значения, возникающие на уровне зависимостей между словами.
Падежная форма существительного и в осетинском, и в русском языках зависит от лексических и синтаксических свойств подчиняющего слова и от смысловой и формальной организации предложения. Таким образом, вопрос о содержательных характеристиках падежных форм тесно смыкается, с одной стороны, с проблемами лексической семантики, с другой – с проблемами синтаксиса, поскольку «значения падежей формируются на основе их синтаксических функций в словосочетании и являются абстракциями, отвлеченными от этих синтаксических функций» [1].
Поэтому становится очевидным тот факт, что падежные значения определяются исходя из положения, что сама категория падежа принадлежит имени, т.е. слову, а поскольку эта категория выражает отношение к другим словам, – синтаксису слова.
Таким образом, категория падежа, в отличие от всех других категорий имени, выступает как категория синтаксиса, а не морфологии. Выражаемое ею отвлеченное значение отношения складывается не в парадигме слова как системе его форм, а в словосочетании.
Библиографическая ссылка
Каргаева А.К., Темирова С.М. СРАВНИТЕЛЬНО-СОПОСТАВИТЕЛЬНАЯ ТИПОЛОГИЯ СИСТЕМЫ ПАДЕЖЕЙ В ОСЕТИНСКОМ И РУССКОМ ЯЗЫКАХ // Международный журнал экспериментального образования. – 2015. – № 8-3. – С. 437-437;URL: https://expeducation.ru/ru/article/view?id=8195 (дата обращения: 17.08.2024).